Доктор исторических наук, профессор ТНУ им. В. И. Вернадского Александр ГЕРЦЕН: «Археологический туризм в Крыму полностью зависит от политиков!»

Доктор исторических наук, профессор ТНУ им. В. И. Вернадского Александр ГЕРЦЕН: «Археологический туризм в Крыму полностью зависит от политиков!» [ФОТО]

ЧТОБЫ ЗНАТЬ БУДУЩЕЕ, НУЖНО ПОСМОТРЕТЬ НА ИСТОРИЮ

–Почему в Крыму становится популярным археологический туризм?

– Крым в отношении археологического туризма в мире не так уж и раскручен. Это перспектива отдаленная. Дело не в том, что у нас нет мест для размещения туристов. Проблема в отсутствии нормальной инфраструктуры. В Крыму есть возможность удовлетворить желание людей, которые хотят прикоснуться к древности. В археологии то, что подходит под понятие «археологический туризм» можно отнести к волонтерству. Потому что сразу же поставить на ответственную работу человека, далекого от археологии, нельзя. У нас уже есть опыт двух экспедиций, которые мы провели не с волонтерами, но с профессионалами своего дела. В прошлом году такая экспедиция была на Мангупе. Для профессиональных археологов, да и для любителей в этом году есть нехорошие новости. В этом году государственный комитет по охране культурного наследия и комитет по лесному хозяйству не смогли договориться, в результате введен запрет на экспедиции. Ссылаясь на прошлогоднюю ситуацию, когда возникла высокая пожароопасная обстановка. Но ведь основной источник лесных пожаров – дикари. А не профессиональные экспедиции. Мы вообще часто спасали Мангуп от не затушенных костров. Поэтому разрешение на исследование какого-либо памятника истории на полуострове получить довольно проблематично.

–Кто защитит крымские сокровища от «черных»археологов?

– В крымском правительстве обещали грубо пресекать работу «черных» археологов. Почему этих людей называют именно так? Грабители и гробокопатели – вот правильное название для «черных археологов»! Научно-исследовательская работа на исторических объектах – лучшая их защита и спасение. В советское время отношение к археологии было очень серьезное. Раньше ученому было достаточно только иметь открытое письмо из института археологии для проведения научных раскопок. С этим письмом археолог прибывал на место, заверял его у местных властей, а они всячески способствовали работе ученой группе.

 

 

– Почему многих археологов так интересует гора Мангуп?

– Меня так притянуло, что большая часть моей жизни связана с Мангупом. Там было много экспедиций, начиная с 1853 года под руководством графа Уварова. Это человеческий инстинкт – любопытство. Но тогда нас многие обвинят, что мы это делаем только ради любопытства. Да, это так. Но археологи работают для тысяч людей, которым небезразлично прошлое. Это зов предков, если хотите. Прошлое – серьезная категория. Не всегда история трактуется правильно. Почему во времена третьего рейха велись раскопки на Мангупе? Потому что это была «научная» основа империи, которая забрала сотни тысяч человеческих жизней. Это очень острое оружие в руках политиков. Поэтому историю нужно знать, иначе Мангуп может стать причиной межнациональной розни, расовой ненависти. Или, наоборот, история Мангупа может показать развитие человеческого труда. Все зависит от того, с какой стороны смотреть на историю. Для многих молодых историков Мангуп – сильнейшая точка притяжения. Но не потому что там есть какие-то энергетические потоки, источник нимф или пресловутая Шамбала. Мы в это не верим. Это что-то другое. Намного интереснее, чем эзотерика.  

АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ ТУРИЗМ – ЗАЩИТА КРЫМСКОЙ ИСТОРИИ

– Какие тайны хранит гора Мангуп?

– Если обыватель зайдет к нам, мы ему все растолкуем и покажем. Для нас важны не сами вещи по себе, это есть носители информации. Криминалисты тоже реконструируют произошедшие события, виновники которых часто уничтожают все улики. Мы занимаемся тем же: восстанавливаем события прошлых лет. Там есть и преступления, и великие творения человеческого ума. В общественном сознании сформировано мнение, в том числе не без участия СМИ, что археология – добывающая отрасль народного хозяйства: добыть, повесить или положить на стол, потрясти воображение. Это абсолютно неправильно. Это несчастье для общественного имиджа археологии. При раскопках попадаются очень яркие вещи, часто материально дорогие. Но они портят имидж науки, хотя это тоже источник информации. Но иногда керамические изделия или остатки производства древнего человека дают нам больше знаний, чем, например, золотые экспонаты из гробницы Тутанхамона. Вокруг археологии витает очень много мифов. Например, много говорят о готах, но никаких готских текстов не найдено.

 

– Как дельфин попал в крымские горы?

– На Мангупе есть кости дельфинов. Но чему здесь удивляться? Дельфинов добывали в Балаклаве, а это в 15 километрах от найденных останков. Здесь есть  другой интересный вопрос для специалистов по ихтиофауне. Мы раскапываем дворец мангупских князей. В этом дворце были изысканные кулинарные вкусы: в огромном количестве мы встречаем раковины устриц. Откуда? Этими раковинами мостили даже тротуары, ими забиты ямы глубиной до трех метров. Дворец 14-15 веков. Торговля шла полным ходом. Это интересней дельфинов. Но для чего использовали этих млекопитающих, тоже загадка.

– Насколько сегодня археологами изведан прибрежный Крым?

– Исследован довольно неплохо. У моря вообще приятней работать, чем в горах. К тому же легче набрать волонтеров. Но с другой стороны надо создавать специализированные лагеря. Нужно наладить снабжение водой, дровами, а у моря все это довольно проблематично. Прибрежная зона перегружена туристами, это очень мешает экспедиции. У археологов есть график, который все должны соблюдать. Не все хотят работать сутками на раскопках, но ведь и руководство экспедиции такое не устроит. В Польше, Германии и Франции очень жесткий отбор в экспедиции. Студенты, которые в этих странах отправляются на археологическую практику, обязательно платят за это деньги. Наши студенты платят только за питание. В былые годы в наших экспедициях участвовало по 200 человек. Сегодня ограничения – не более 60 человек. Такую экспедицию легче организовать и она не представляет опасности для экологии, в частности Мангупа.

 

– Сегодня ваши студенты охотно участвуют в археологическом туризме?

– У нас есть археологическая практика. В советское время все студенты хотели идти в эту профессию. Сегодня интерес практически утрачен. Хотя есть студенты, которые ежегодно приезжают к нам и участвуют в экспедициях.

Вопрос ребром

– Ведутся ли в Крыму раскопки на местах основных боевых действий во времена Великой Отечественной войны?

– Этим сейчас активно занимаются. В основном грабители, к сожалению. Но есть и легальные организации, например, в Севастополе. На западе давно такие организации существуют, которые и занимаются военной археологией. Одно дело, читать мемуары крупных военачальников, в которых упоминаются крупные батальные события, а другое – исследовать пулеметную ячейку, где разом погиб весь расчет. Это колоссальное дополнение к истории. А ведь история никогда не будет полной и исчерпывающей. Военная археология помогает насытить ее реальным материалом. 

Из досье «КП»

- ГЕРЦЕН Александр Германович

– Родился в городе Мытищи, Московской области в семье военнослужащего.

– В 1961 году с семьей переехал в Крым.

– Окончил Симферопольский педагогический институт.

– доцент, кандидат исторических наук, заведующий кафедрой истории древнего мира и средних веков, декан исторического факультета Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. 

Прямую линию подготовил и провел Александр ГУНДЛАХ

Фото Сергея ТАРАДАЕВА

загрузка...
загрузка...

Политика

Происшествия

Экономика

Общество

Светская хроника и ТВ

Тайная любовь Потапа и Насти: 5 доводов, почему они вместе
Тайная любовь Потапа и Насти: 5 доводов, почему они вместе [фото] 37566 5

Долгие годы певец и продюсер Алексей Потапенко скрывал кардинальные изменения в личной жизни, но в конце года решился на сердечный "каминг-аут". Кто же она, тайная муза одного из самых успешных артистов Украины?

Спорт